Рубрики
Статьи Хакко Дэншин рю

Воспоминания о Хомбу. Дэнис Паломбо. Часть 1

12 сентября 2014 года ушел из жизни Дэннис Паломбо — один из пионеров, популяризовавший Хакко-рю на американском континенте. Мы публикуем его воспоминания о тренировках в Хомбу додзё Хакко-рю дзю-дзюцу.

[column col=»1/2″][/column]
[column col=»1/2″][message_box title=»Dennis Gus Palumbo RIP
26.02.1943 — 12.09.2014″ color=»black»]
С большой печалью сообщаем о кончине Дай Шихана Дэниса Паломбо.
После длительной болезни он скончался 12 сентября 2014 года.
Дай Шихан посвятил боевым искусствам более 50 лет и навсегда останется в сердцах своих учеников, коллег и друзей в мире боевых искусств.
В нашей памяти он навсегда останется великолепным учителем, не скупившимся поделиться своими знаниями, и человеком с прекрасным чувством юмора.
[/message_box][/column]

[column col=»1/1″]

Мы публикуем перевод материала, размещенного на сайте Hakkoryu Martial Art Federation — воспоминания Дэнниса Паломбо о том, как проходили тренировки в Хомбу додзё школы Хакко рю дзю-дзюцу.

Воспоминания о Хомбу

После долгих месяцев ежедневных тренировок с моим учителем Хидэо Абукавой, глава школы (сокэ) Рюхо Окуяма пригласил меня пройти обучение в Хомбу додзё в качестве ученика внутреннего круга (ути дэси) и, возможно, последующей аттестации на уровень сихан.

Холодным октябрьским утром 1963 года я вместе со своим учителем впервые посетил Хомбу Хакко-рю Рэнкоку Сиханкай. Хотя я и привел себя в форму перед тренировками в Хомбу додзё (как я думал), первое же утро, которое я встретил вместе с еще двумя учениками-кандидатами, повергло меня в шок.
Эти двое, оба японца, как ни в чем не бывало, буквально выпрыгнули из теплых спальных мешков, и сразу же раскрыли входные двери, чтобы «впустить свежий воздух». На улице было около нуля градусов, и я содрогнулся от пронизывающего холода. Оказалось, что для японцев это обычная практика. Для американца же подобное было приемлемо разве что летом. Содрогаясь от холода, я поднялся и не поверил своим глазам: эти двое во всю орудовали влажными полотенцами, протирая каждую половую доску, татами, перила, створки окон и стены в комнате.
Пока до меня дошло чем они заняты — работа была закончена. Я еще силился подняться, а они уже поставили подогревать котелок с водой на маленькую угольную печь. К тому времени, как я поднялся, вода закипела. Я собрал свои спальные принадлежности и повесил их на перила. Усевшись вокруг маленькой печки (хибачи), они пригласили меня на утренний чай. Не смотря на то, что время было около семи утра, они выглядели так, как будто бодрствуют как минимум пару часов. Раздвижные двери в комнату были все еще открыты и холодный воздух активно наполнял помещение, однако, это доставляло дискомфорт, видимо, только мне.

Накануне, прибыв в Хомбу додзё поздно вечером, у меня не было возможности познакомиться с кандидатами — они уже спали. Как только мой учитель представил нас друг другу, я сразу же почувствовал себя как дома. Их веселила перспектива вот так вот провести время вместе. Один из них был из Токио, другой из Саппоро.

Снизу раздался тихий звонок, таким способом жена сокэ Окуямы подала знак, что завтрак готов. Под дружный возглас «табимасё» (давайте поедим) все подскочили и направились к столу. Во время тренировок в Хомбу завтрак и ужин полагался всем без исключения. Однако если вам хотелось устроить себе ланч, то это уже была исключительно ваша забота.

Когда мы расселись за столом, жена соке аккуратно принесла большую чашку горячего риса и большую чашу кипятка для вездесущего здесь зеленого чая, который был, в прочем, более темного цвета и обладал более мягким вкусом, и, надо сказать, был очень кстати, поскольку я сильно замерз. Отмечу, что в Японии, в частности в Хомбу додзё, помещения отапливались при помощи переносной угольной печкой (хибачи), или плиткой, работающей на керосине, тепла которой едва хватало для одного человека. Наличие центральной вентиляции и отопления скорее было исключением из правил.[/column]
[column col=»1/2″][frame src=»http://mumonkan.ru/wp-content/uploads/2014/09/dgp_shodai_2.png» lightbox=»on» ]

Дэннис Паломбо и шодай сокэ Рюхо Окуяма

[/column]
[column col=»1/2″]Рассевшись за столом, все кандидаты сомкнули руки и произнесли короткую благодарность за пищу. Маленькая тарелка красиво нарезанных овощей, «сдобренная» едреным хреном обожгла мне язык. Затем последовала сырая рыба, отварные мелконарезанные овощи, сырое яйцо. Видя мое с трудом скрываемое удивление относительно еды, жена сокэ улыбнулась, и, пробормотав «Гайдзин, теттэ матэ кудасай», исчезла из комнаты. Через некоторое время она вернулась с яичницей, тостом и маслом. В этот момент я понял, что обрел очень важного союзника на кухне.
Позавтракав, мы вернулись в комнату, в которой спали, и продолжили общение за чашкой чая. Так я узнал, что тренировка начнется в 9:30 утра. Где то в девять часов мы переоделись в ги и хакама и спустились в додзё.[/column]

[column col=»1/1″]

 
Первым правилом было «пришел — сделай уборку в додзё». Нужно было протереть все: татами, окна, подоконники, створки. Это заняло у нас порядка 20 минут совместной работы. Закончив уборку, мы перешли к разминке, чтобы разогреть наши (мои в частности) холодные суставы. Где-то в 9:35 прибыл старший инструктор Хомбу додзё. Шихан менкё кайдэн, к которому далее я обращался «Ро-Сенсэй», был долговязым и худощавым стариком. Как только он вошел, мы согнулись в поклоне в сторону камидза, затем поклонились ему. Усевшись в сэйдза, он начал говорить. К счастью мой учитель сенсэй Абукава достаточно хорошо говорил по-английски (и, разумеется, переводил мне), иначе я бы окончательно почувствовал себя не в своей тарелке.

Ро-Сенсэй пояснил, что в течение следующих пяти дней мы пройдем и рассмотрим все техники от раздела шодан до ёндан, чтобы посмотреть насколько хорошо мы их исполняем и понимаем заложенные в них принципы, а также можем ли мы их применять без лишних раздумий в любой ситуации. Он также добавил, что помимо ежедневных тренировок с 9:30 до 11:30 и 14:30 до 16:30 мы будем проводить обучение учеников, пришедших на вечерние тренировки. И только после этого мы будем заниматься один на один с Окуямой.

После 20 минут сидения в сэйдза, слушая старшего инструктора, начали болеть колени. Не из-за того, что татами было жестким, но из-за его фактуры. Это были далеко не те татами, на которых мы спали. Это были «рабочие» татами — износостойкие и рассчитанные на большие нагрузки. Они были как наждачка, с маленькими острыми краями, которые с легкостью протыкали штаны и впивались в тело. Мне не терпелось начать практику… Так я думал.

Мы поклонились учителю, началась тренировка. Я готовился к этому дню: я делал несколько подходов отжиманий на ладонях, на тыльной стороне ладоней, на пальцах (в общей сложности 200 отжиманий в день). К тому времени мои запястья, казалось, могут стерпеть все что угодно.

Старший инструктор встал и подозвал меня: «Парунбо-сан, оидэ кудасай» (мистер Палумбо, подойдите, пожалуйста). Я без промедления подбежал к нему, поклонился и замер в нетерпеливом ожидании. Мой учитель формально представил меня, а я в это время стоял и думал «это будет интересно». Мой рост был 180 см и весил я около 90 кг, рост же старшего инструктора был чуть более 160 см, и на вид ему было лет 75.

Мы поклонились друг другу, сели в сэйдза, поклонились еще раз, и придвинулись друг другу чтобы приступить к практике. Пока мы отрабатывали первые две техники, я думал, что выполнить следующие будет парой пустяков. Тем более что в мою технику он вносил лишь небольшие корректировки, но ничего глобального, я чувствовал себя окрыленным. Следующая техника называлась айки нагэ — бросок, сидя на коленях, для выполнения которой нужно очень хорошо держать баланс и использовать принцип нагэ, задействуя мизинцы на руках.

Провести эту технику на худощавом старике, даже при неидеальном исполнении, казалось, не составит труда. Я начал выполнять технику одной рукой выводя его из равновесия, и готовясь выполнить опрокидывание другой, я даже представить себе не мог, что что-то может пойти не так. Мои опасения оправдались, учитель даже не сдвинулся с места. Я попытался приложить больше силы — плохая идея. Он даже и не думал сдвинуться с места. Мы остановились. Учитель попросил выполнить технику еще раз. Снова провал.[/column]
[column col=»1/2″][frame src=»http://mumonkan.ru/wp-content/uploads/2014/09/dgp_shodai_1.png» lightbox=»on» ]

Дэннис Паломбо выполняет
технику нихонагэ

[/column]
[column col=»1/2″]Я пытался опрокинуть его и так и эдак, но он оставался без движения и просто смотрел на меня. После еще нескольких безуспешных попыток он объяснил мне мои ошибки. Он сказал, что мог бы, конечно, поддаться и упасть, но не стал делать этого, поскольку хотел, что бы я выполнил технику правильно. Я был потрясен тем, что ни при помощи силы, ни при помощи чего бы то еще ни было, я не смог сдвинуть с места этого маленького человека, который весил от силы 55 кг. После еще трех попыток мне наконец-то удалось его опрокинуть. Не смотря на то, что эту технику я выполнял тысячи раз, инструктор указал мне на важные акценты, о которых я даже подумать не мог.
Я был изумлен. Определенно, мое пребывание в Хомбу будет интересным.[/column]

[column col=»1/1″]
 
После десяти подходов к выполнению айки нагэ, но уже правильным образом, мы перешли к следующей технике — тэкагами. Эта техника (рука-зеркало), получившая свое название благодаря характерному раскрывающему движению — одна из моих самых любимых. Эту технику я выполнял с легкостью, она мне нравилась за свою эффективность, позволяет, практически, моментально уложить нападающего на пол, при этом сохранить над ним жесткий контроль и не допустить перелома кисти. Я подумал: «Ну, ладно, ты подловил меня на айки нагэ, но я тебе покажу, как правильно делать тэкагами…»

Отмечу, что запястья инструктора были сравнительно узкими, всего то сантиметров 15 в обхвате, при том, что мои были значительно толще — сантиметров 25 в обхвате. Я уже начал выполнять технику и дошел до того момента, что бы надавить ребром ладони на тыльную сторону его кисти и уложить на татами, но смотрю краем глаза — улыбается. Я не придал этому значения, пока не наступил момент завершать технику. Он даже с места не сдвинулся. Опять. Я давил, тянул, наваливался силой (глупость с моей стороны) и смотрел, как его ухмылка только растет.

С любой точки зрения я должен был с легкостью просто сломать этому человеку запястье, или вывести его на высокую страховку, но ничего не произошло. Он прервал меня и сказал: «Сделай еще раз». Я сделал — результат тот же, та же ухмылка, та же неловкость с моей стороны.
Учитель сказал, что бы я схватил его запястья с той же силой, с какой пытался выполнить тэкагами. Начал он в точности также как и я, но когда он надавил мне тыльную сторону ладони, мне показалось, что все мое предплечье сломается еще до того, как я упаду на пол и попытаюсь принять безопасное положение. Это было невероятно. Скорость с которой сенсэй заставил меня испытать мучительную была такой, что мне показалось, что я падаю недостаточно быстро. Он улыбнулся и сказал, чтобы я схватил его за запястье еще раз. И он точно так же выполнил технику на мою другую руку. Мои запястья и предплечья пульсировали от боли. Затем мы прервались и он объяснил мне что именно я делал неправильно, а также то, что я буду выполнять эту технику до тех пор, пока не пойму — как делать правильно. Всякий раз как я выполнял технику, он её иллюстрировал для меня, а затем закреплял её правильное исполнение в моем сознании демонстрацией на одну и другую стороны. Это были самые мучительные полчаса в моей жизни.

Другие ученики прилежно практиковались друг с другом чуть в стороне от нас, но когда я начинал вопить «итай-итай» они смеялись. Тем более что у них уже был опыт тренировок в Хомбу-додзё, когда они готовились к аттестации на тот или иной дан, и прекрасно представляли через что мне приходится пройти. Никакого сочувствия с их стороны. После того, как я сделал тэкагами еще 30 или 40 раз, а учитель после каждого раза еще и дважды закрепил мои знания, он сказал «пока достаточно». Мне разрешили прервать практику и немного перевести дух. Я сел в сэйдза, сделал поклон и собирался уже подняться, но не осозав, что мои колени затекли — ухнулся обратно на татами. Учитель засмеялся и пошел практиковать с другими учениками.

Я все-таки встал и вышел в конец додзё, чтобы увидеться со своим непосредственным учителем. Поприветствовав меня, он усмехнулся и сказал по-английски: «Я же говорил, что будет весело?». Я понял, что мое пребывание в Хомбу будет весьма болезненным.
Утренняя тренировка закончилась в 11:30 и мы пошли на обеденный перерыв. Мои запястья все еще пульсировали и начали опухать. Переодевшись, мы отправились пообедать. На дневную тренировку идти не было никакого желания. Я даже не мог нормально держать палочки, которыми едят. Боль в моих запястьях и предплечьях не утихала. Я спросил своего учителя: «А когда пройдет боль?». «Примерно через неделю, после того как уедешь из Хомбу» — ответил он.
До меня начало доходить, во что я ввязался и мои худшие ожидания начали сбываться.

Продолжение следует…[/column]
[column col=»2/3][/column][column col=»1/3]Текст: Д.Паломбо
Фото: Hakkoryu Martial Art Federation
Перевод: Александр Устинов[/column]

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.